Владислав Вишнепольский
+7-910-390-07-06
Валентин Кулаков
+7-910-130-14-14
kvv211261@mail.ru
Валерий Куликов
+7-930-806-41-56
sem1503@mail.ru
Виктор Лысов
+7-910-139-21-42
vic.lysoff2010@yandex.ru

Безумство современного мира или Левиафан разбушевался

05.11.2019Безумство современного мира или Левиафан разбушевался
Мировая экономика синхронно сползает в зону очередной мощной турбулентности. Неслучайно. Вовсю стараются центральные банки и правительства. Именно они обеспечивают синхронность надувания пузырей на рынках разных активов и ресурсов. Именно они потакают лоббизму номенклатурных фаворитов. Именно они подменяют реальную повестку дня эмоциональным PR-набором лженаучных хотелок.

Мировая экономика близка к очередному удушению смертельно опасной связкой «коммерческие организации «слишком-большие-чтобы-обанкротиться» + VIP-распорядители чужого (политики и чиновники). Их можно назвать крупнейшим международным синдикатом, клубом олигополистов или финансово-политической братвой. Они действуют в режиме монополии на деньги, жёсткого контроля правительств и министерств финансов.
Этот элитный, закрытый Клуб считает себя аристократом мировой экономики. Его члены придумали себе такую миссию: оптимизировать устойчивое развитие мировой экономики, добиться равновесия на товарных и денежных рынках, между природой и человеком в долгосрочной перспективе, гармонизировать интересы стран, бизнеса и общества – во всём мире. Для выполнения такой работы Клуб VIP-интервенционистов нанимает учёных самых престижных университетов и научных центров мира, международные сетевые организации (МВФ, ВТО, Всемирный банк, ООН и т.д.) и глобальные СМИ. Амбициозно. Вроде бы благородно. Как бы гуманно. На словах – ответственно. На деле – антинаучно, разрушительно и с токсичными непреднамеренными последствиями. Это одна версия происходящего.
Вторая версия миссии Всемирного клуба VIP-интервенционистов более приземлённая и банальная – власть и деньги. Надо создать такую систему, чтобы члены этого эксклюзивного Клуба и его обслуживающий персонал всегда получали прибыль: на росте рынка и на его падении, на ошибках и на технологических прорывах, на дефицитах и дефолтах, на девальвации и на ревальвации, на инфляции и дефляции, на торговых войнах и управляемой либерализации, на дорогих кредитах и на бондах с отрицательной процентной ставкой. Такое возможно только в одном случае: если под контролем Клуба интервенционистов находятся центральные банки и правительства. Такое возможно, когда Государство имеет монополию на деньги, мощные рычаги управления финансовым сектором (через владение и регулирование Центрального банка/Минфина), а также право искусственно выделять из общих условий обмена товарами/услугами категорию коммерческих организаций too-big/important-to-fail.
VIP-распорядители чужого списывают полностью/частично их долги, предоставляют особый статус работы на рынке, в том числе в плане налоговых обязательств перед правительством. Они придумывают новые страшилки для сохранения контроля над ресурсами и потоками капитала. Эти страшилки непременно должны быть глобальными, уходить в глубокое будущее, пугать катаклизмами и требовать очередного витка централизации и сверхцентрализации. Если потепление, то непременно глобальное. Если эбола, то обязательно угроза всему миру. Если свиной грипп, то, несомненно, угроза исчезновения всех хрюш мира. Если роботы/искусственный интеллект, то, как пить дать, угроза потери до миллиарда существующих рабочих мест. Отсюда требования создания новой международной бюрократии, новых налогов на богатые страны в пользу бедных, на богатых в каждой стране в пользу бедных. Троица «неравенство/феминизм/экологизм» стала триединым богом/тотемным столбом новой религии старого замшелого интервенционизма.
Подготовка новой речёвки для глобальных интервенционистов идёт вовсю. Это делается по следующим причинам. Во-первых, запудрить, запутать реальные причинно-следственные связи и превратить свободный рынок, либерализм, богатых, жадных предпринимателей в причину первой в XXI в. Великой депрессии. Мол, они виноваты, значит, народный гнев будет направлен против них, а не реальных архитекторов глобального кризиса. Во-вторых, подготовить почву для нового международного уклада вместо/вместе с ООН, Бреттон-Вудскими организациями МВФ/ВБ, ВТО, G20 и т.д. Лозунг «лишь бы не было войны» станет инструментом принуждения к участию в новом укладе глобальных интервенционистов. Речь будет идти не только о «горячей» войне оружием и армиями/частными военными группировками, а также о валютной, торговой, технологической, экологической, информационной и т.д.
В-третьих, чтобы запугать людей, запудрить им мозги настолько, чтобы избиратели с исступлением требовали от VIP-распорядителей чужого, Клуба глобальных интервенционистов, решительных действий против врагов мира, цивилизации и планеты Земля.

Все яйца в одной корзине

С 2008 года практически все центральные банки и правительства мира в едином порыве накачивали свои национальные экономики, а также в случае с ФРС/ЕЦБ, центральными банками Японии, Британии и Китая – мировую экономику, денежными суррогатами, т. е. электронными платёжными расписками государственных монополистов. Вместо честного определения «фальшивомонетничество» Клуб глобальных интервенционистов назвал процесс вброса в мировую финансовую систему ~$12 триллионов «фантиков» количественным смягчением, мерами экстраординарной монетарной политики, способом перезапустить механизмы экономического роста. Хоть горшком назови – суть не скроешь. Работа центральных банков по спасению правительств и коммерческих организаций «слишком-большие/важные-чтобы-обанкротиться» – это глобальная операция по перераспределению токсичных активов, долгов и неликвидов. Нужные люди/структуры очистились, переложили свои инвестиционные/финансовые ошибки на других – и снова вступили в зону высокомерной наглости, финансовой безнаказанности и инвестиционного обжорства. Для улучшения финансового положения членов/партнёров Клуба глобальных интервенционистов VIP-распорядители чужого запустили гигантские инвестиционные программы, которые были канализированы в нужные русла.
Новый мощный мотор здорового (не денежно-анаболического) роста запустить не удалось. Зато мир получил феномен «отрицательная ставка процента» более чем на $17 триллионов облигаций (в 2014 г. отрицательных ставок почти не было), надул до беспрецедентного уровня пузырь долгов, увеличил концентрацию ресурсов/активов – читай – капитала – в руках членов и фаворитов глобального клуба интервенционистов. Они являются первыми получателями новых платёжных расписок от центральных банков/финансовых потоков правительств. Они «выбили» себе беспрецедентные преимущества в виде супердешёвых, беспрецедентно длинных, уникально доступных кредитов. Они напрягли правительства и заставили их вести торговые войны. Они стали бенефициарами и во многом пионерами использования новых дизруптивных технологий. Тем самым они создали себе беспрецедентные, в большинстве своём нерыночные преимущества. Отсюда рост напряжения между развитыми и развивающимися странами, между Китаем и США, снятие маски свободного рынка с США/Западной Европы, глубокая уязвимость развивающихся стран от стоимости $-долларовых кредитов (процентной политики ФРС). Отсюда большие риски дефолтов и деградации десятков стран мира, десятков тысяч коммерческих организаций за пределами зоны современного коммерческого коммунизма (risk-free корпорации too-big/important-to-fail).
Сегодня мировая экономика – это почти полная синхронизация бизнес циклов руками Клуба глобальных интервенционистов. В ней уже нет зон (стран) вне доминации $-доллара. За редким исключением весь мир стал единой финансовой системой. Глобальные цепочки стоимости плотно окутали мир производственным фьюженом товаров/услуг. Они легко нагибают развивающиеся/переходные страны для получения льгот и дискриминации в свою пользу. Бенефициарами этих пошлых схем извращения настоящих рыночных бизнес-циклов являются не только члены/партнёры Клуба глобальных интервенционистов, но также 1% VIP-распорядителей и потребителей чужого развивающихся стран. Они общаются напрямую, через международные организации типа ООН, МВФ, ВБ, ОЭСР, G7 или G20, а также глобальные форумы типа Давосского.
Бенефициарами являются ещё международные сетевые преступные синдикаты. Они прекрасно уживаются с Левиафанами как в демократии, так и в автократии. «Серые» и белые члены клуба глобального интервенционизма не столько моются в одних банях, отдыхают на одних курортах, сколько пользуются одними офшорами, консультируются у одних глобальных юристов/финансистов, прикрываются схемами через одни финансовые платформы. Они же вместе придумывают идеологию одурачивания масс и дискредитации идейных оппонентов.

Искажения структуры капитала – вулкан с рукотворным кляпом на жерле

Основная проблема мировой экономики в конце 2010-х, начале 2020-х – искажение структуры капитала. Её чётко, обоснованно описывает Австрийская экономическая школа. Синхронизаторами процесса искажения являются, в первую очередь, центральные банки и правительства стран G7 во главе с ФРС. Как пишет McKinsey, «на этот раз ширина и глубина сигналов о замедлении экономики свидетельствует о том, что мы вступили в конечную фазу экономического цикла».
Приведём несколько фактов о состоянии денег, финансов, производства, торговли и активов. Первое. Бурный вброс государственных денежных расписок в мировую экономику в период 2008-2019 гг. Судя по заявлениям ФРС и ЕЦБ в 2020 году, интенсивность количественного смягчения увеличится. Более $12 трлн денежных «фантиков» не запустили мотор экономического роста. Даже если Клуб глобальных интервенционистов вбросит очередные $2-5 трлн, спрос на кредиты от производителей товаров и услуг остаётся очень низким. Даже отрицательные ставки не помогают. Переток денег из богатых стран в развивающиеся также ограничен, потому что возможности роста производительности труда ограничены государственным интервенционизмом и номенклатурным протекционизмом. Самые проницательные инсайдеры перекладываются в кэш и золото, создают частные альтернативы государственным денежным «фантикам».
Доминации $-доллара пока ничего не грозит. За последние 15 лет резко увеличился объём валютных операций на мировом рынке. В апреле 2019 г. ежедневный оборот составил $6,6 триллионов. Тремя годами ранее он был $5,1 трлн. $-доллар продолжает оставаться доминирующей валютой в международной торговле. Она используется в 88% всего торгового оборота. Британия, США, Гонконг, Сингапур и Япония обслуживали 79% всех валютный операций. $-доллар – это более 60% всех валютных резервов мира.
Особо отметим Америку, которую глобальные интервенционисты продолжают описывать, как «разгул свободного рынка». Налоговая нагрузка per capita в США (все уровни) выросла с $5247 в 1960 до $11461 в 2018 г., на 118%. Население за это время увеличилось на 81%. Расходы федерального бюджета на душу населения выросли на 191%, с $4300 в 1960 г. до $12545 в 2018 г. Совокупный бюджет всех регулирующих федеральных агентств утроился на последние 40 лет, с $20 млрд в 1978 г. до $65 млрд в 2019 г. Число сотрудников этих агентств выросло со 140 тысяч в 1978 г. (на полной ставке) до 280 тысяч в 2019 г. За это время население США выросло на 47%.
Второе. Бурный рост государственных долгов, в том числе в зоне отрицательной стоимости. В 2019 г. зафиксирован исторический уровень долга домашних хозяйств по жилищным долгам, которые страхует или поддерживает правительство. Fannie Mae, Freddie Mac гарантируют ипотеку почти на $7 триллионов. Это на 33% больше, чем до жилищного кризиса второй половины 2000-х. Госдолг США превысил $23 триллиона. Спасибо миру, что он с такой охотой покупает государственные облигации американского правительства.
Вот динамика долгов отдельных развивающихся стран. В 2008 г. совокупный внешний долг Китая был $380,35 млрд, в 2018 г. – $1,96 трлн (рост в 5,2 раза). Внешний госдолг за это время вырос с $91 млрд до $243,4 млрд, в 2,7 раза. В Бразилии валовой внешний долг в 2008 г. был $263 млрд, по итогам 2018 г. – $557,8 млрд (рост в 2,1 раза). Из него госдолг вырос с $79,9 млрд до $190,1 млрд (рост в 2,4 раза). В Аргентине в 2008 г. валовой внешний долг составлял $129,75 млрд, в 2018 г. – $280,5 млрд (рост в 2,2 раза). Госдолг за это время вырос с $70,9 млрд до $131,2 млрд (в 1,8 раз). В Южной Африке в 2008 г. валовой внешний долг был $70 млрд, в 2018 г. – $179,3 млрд (рост в 2,6 раз); госдолг увеличился с $19,28 млрд до $77 млрд (в 4 раза). В 2008 г. валовой внешний долг Беларуси был всего $15,15 млрд, а по итогам 2018 г. – $38,84 млрд (рост в 2,6 раза). Госдолг за это время вырос с $5,44 млрд до $20 млрд или в 3,7 раза.
Развивающиеся и переходные страны также использовали чрезвычайно мягкую монетарную политику развитых стран для финансирования своих расходов. При этом режим валютных интервенций вкупе с растущими платежами по валютным долгам резко ограничил возможности развивающихся стран продолжать финансовую политику в том же ключе. IV промышленная революция грозит резко ухудшить финансовое положение стран с низким и средним доходом, если они продолжат сохранять старую структуру производства, поддерживать своих номенклатурных фаворитов новыми кредитами. Рецидив Аргентины, которая увеличила валовой госдолг с 43,5% ВВП в 2010 г. до 95% в 2019 г. и, по сути дела, объявила себя банкротом, будет становиться нормой поведения.
По состоянию на начало июля 2019 г. кредиты в $-долларах для небанковских заёмщиков за пределами США достигли $11,9 трлн. Долларовые кредиты для развивающихся и переходных стран достигли $3,7 трлн. Кредиты в евро для стран вне зоны евро росли быстрее долларовых, достигнув объёма €3,4 трлн или до $3.8 трлн в эквиваленте. Чистый финансовый приток (долговые инструменты и акции) в страны с низким и средним доходом составили один триллион долларов. Это на 19% меньше уровня 2017 г. На начало 2019 г. эти страны накопили $8 трлн внешних долгов, из них $2,3 трлн китайские долги. В 2018 г. страны с низким и средним доходом выпустили гособлигаций на $302 млрд. Для сравнения в 2017 г. они выпустили облигаций на $405 млрд.
Третье. Резкий рост числа и высоты торговых барьеров. По оценке ВТО только страны G20 в течение последнего года ввели 20 новых торговых барьеров (против импорта). Новые ограничения коснулись товаров на $336 млрд. В 2018 г. торговые барьеры ограничивали товарные потоки на $481 млрд. В целом торговля более чем на $1,15 трлн подвержена разного рода протекционистским мерам. Страны G20 активно пользуются такими ограничителями торговли, как санитарные и фитосанитарные сертификаты, антидемпинговые меры, технические барьеры, субсидии производителям, особенно в сфере сельского хозяйства. По оценке Global Trade Alert к 2017 г. более 50% экспорта из стран G20 было подвержено вредным, ограничительным торговым мерам. В 2009 г. этот показатель составлял 20%. С ноября 2008 г. 36 стран приняли 348 мер по искажению торговли (протекционизм). Каждая из этих мер оказала негативное влияние более чем на $10 млрд торговли.
Четвёртое. Резкая концентрация капитала в руках небольшой группы операторов рынка. Так 20% банков во всём мире создают почти 100% экономической ценности всего сектора. Несмотря на то, что деньги стали не просто дешёвыми, а даже отрицательными в цене, в 2018 г. рост кредитования в мировой экономике составил только 4,4% – самые низкие темпы роста за пять лет при номинальном росте ВВП в 5,9%. Списки миллиардеров от Forbes или состояние богатства от Credit Suisse убеждают, что люди с состояниями $100 млн.+ прекрасно адаптировались к мягкой монетарной политике центральных банков и фискальной распущенности правительств.
Пятое. Львиная доля мировой экономики сконцентрирована в странах с демократическим или авторитарным Левиафаном. В 2019 г. размер госрасходов в G7 составляет 39,5% ВВП, в зоне евро – 47,1% ВВП, США – 36,2% ВВП, Швеции – 48,4%, Франции – 55,7%, Италии – 48,8%, Британии – 38,4%, Японии – 37%, Германии – 45,2%, Канады – 40,7%. При соответствующей налоговой и регуляторной нагрузке на производителей товаров и услуг. И это в придачу к десяткам триллионов ресурсов и активов, которыми де-факто управляют распорядители чужого. Самые вкусные куски, разумеется, достались членам и партнёрам Клуба глобальных интервенционистов. Они активно пользуются офшорами и особыми зонами для снижения налогового бремени лично для себя. Например, Люксембург с его 600 тысячами населения является страной-реципиентом такого же объёма прямых иностранных инвестиций (ПИИ), как США – $4 триллиона. И всё это при активной борьбе стран ОЭСР с «вредной налоговой конкуренцией». Вредная, очевидно, эта та, что не согласована с членами Клуба глобальных интервенционистов. Люксембург и Нидерланды являются странами-реципиентами почти половины т. н. инвестиций-фантомов. Если к ним добавить Гонконг, Британские виргинские острова, Бермуды, Сингапур, Каймановы острова, Швейцарию, Ирландию и Маврикий, то получится 85% фантомных инвестиций. В целом «фантомные» инвестиции – это $15 триллионов.

Выводы

1. Чрезвычайно мягкая денежная политика развитых стран вкупе с фискальными мерами поддержки экономического роста создала огромные негативные последствия для мировой экономики. Она глубоко исказила структуру капитала, разрушила норму финансовой ответственности, активизировала валютные и торговые войны, обрушила доверие и обнулила эффективность международного права. Клуб глобальных интервенционистов делает всё возможное, чтобы не допустить широкого распространения частных платёжных e-расписок, а также вернуть деньгам товарную природу.
2. Современный мир и его экономика – это прямое порождение теории всеобщего государственного интервенционизма. Принципы, основные институты свободного рынка, капитализма и либерализма похоронены VIP-распорядителями и потребителями чужого. Австрийская экономическая школа (АЭШ) была и остаётся настоящей наукой «экономика», объективной, вне идеологии и политики.
3. Вывод экономик развитых стран из состояния многочисленных, взаимно пересекающихся пузырей, т. е. корректировка монетарной и фискальной политики, очень сильно ударит по странам с низким и средним доходом. Особенно тем, которые увлеклись валютными кредитами. Кризис накроет их глубже, больше и дольше. Копирование ими монетарной, фискальной политики стран с высоким доходом является грубой теоретической и политэкономической ошибкой.
4. Технологии IV промышленной революции ускорят деградацию тех стран, которые будут продолжать проводить политику государственных инвестиций, торгового протекционизма и финансовой самоизоляции. Они останутся с долгами, большими социальными обязательствами и острым дефицитом молодых талантливых творцов.
5. Клуб глобальных интервенционистов активно раскручивает козла отпущения на заклания обедневшим, разъярённым народным массам. На эту роль готовятся «капитализм», «фундаменталистский либерализм», «несправедливый свободный рынок с его невидимой рукой». Они также готовят новые структуры и организации для обеспечения «мира во всём мире», «зелёной, устойчивой планеты» и «справедливого распределения ресурсов Земли». Это должны быть новые мощные наднациональные центры управления глобальными потоками денег товаров и активов.
6. Клуб глобальных интервенционистов может замедлить начало первой в XXI веке глобальной депрессии, но не сможет её ликвидировать. Авгиевы конюшни с детским водяным пистолетом в руках не ликвидируешь. Высока вероятность, что страны с высокими доходами через свои денежные инструменты и ценные бумаги будут перекладывать токсичные активы, структурные дисбалансы и технологический «шлак» на плечи стран с низким и средним доходом, спасая свою шкуру.
7. Первыми из Великой Депрессии XXI века выйдут те страны, которые:
1) перейдут в режим малого, гибкого государства с размером госрасходов мах. 20-25% ВВП;
2) перейдут в режим открытой конкуренции традиционных, электронных и товарных платёжных средств;
3) откажутся от коммерческой функции государства (мах. объём госактивов для безопасности, защиты жизни и собственности – 10-15% активов и ресурсов страны);
4) откажутся от существующей налоговой системы, которая была придумана для производства, обмена и перераспределения до активного применения технологий IV промышленной революции. Новая инновационная налоговая система – это мах. 2-3 плоских налога на максимально широкие базы для налогообложения – и никаких льгот, преференций и особых налоговых режимов;
5) перейдут в режим свободной торговли, с конкуренцией стандартов товаров и услуг;
6) обеспечат качественные услуги сектора государства (high quality governance) по обеспечению безопасности, охране жизни и собственности, в том числе путём предоставления гражданам права выбора юрисдикции для защиты их прав собственности.