Владислав Вишнепольский
+7-910-390-07-06
Валерий Куликов
+7-930-806-41-56
sem1503@mail.ru
Виктор Лысов
+7-910-139-21-42
vic.lysoff2010@yandex.ru

М. Веллер на "Эхо Москвы"

М. Веллер на "Эхо Москвы"

Вопрос совершенно серьезный относительно теории современного либерализма: «Что вы думаете по этому поводу. Что там сказал кто по этой теории, и как вы относитесь ко всему этому?» Понимаете, что касается теории современного либерализма. Сейчас уже есть традиционный либерализм, левый либерализм. Придумывают иногда какой-то новый либерализм, и говорят, что не путать его с нео, хотя нео – это и есть новый. А кроме того, по слоям, по подразделам, а одновременно и по всему: социальный либерализм, экономический либерализм, политический либерализм. Либерализма у нас сейчас очень много К чему он сводится – да, в общем, всем понятно. Сводится либерализм исключительно ко всему хорошему. Это означает, что права и свободы человека никак не должны ущемляться. Это означает разделение властей на три ветви: исполнительная, законодательная и судебная. И никто не смеет на них воздействовать. Это означает рыночную экономику в духе: как потопаешь так и полопаешь. Это, понимаете, классический, традиционный либерализм.

Потом неолиберализм стал думать, что государство может вмешиваться немного в рынок, его регулировать, потому что рынок бывает иногда, знаете, бывает чересчур. Если нет монопольного сговора, он начинает работать на пользу крупным дельцам и во вред нормальным людям.

Социальный либерализм кроме этого полагает, что нужно было бы как-то урегулировать социальные отношения. Вот от этого социального-то, понимаете, либерализма зла сейчас происходит много до ужаса. А именно. Мы говорили опять же о фундаментальной совершенно книге. Уже 45 лет эта книга чуть ли не библия современной политической философии. Это теория справедливости Ролса. Теория справедливости Ролса по-простому, не вдаваясь сейчас в то, как он понимает справедливость – справедливость как честность – исходные условия игры, условно говоря, завеса неизвестности над будущем при планировании – эта тема уж как минимум лекция на час, чтобы изложить тему справедливости Ролса. Что ценно для нас – что по справедливости нужно создавать такие условия, чтобы те, кто обделен по судьбе или от природы, всяческие малоимущие, а также менее талантливые, не просто родившиеся в бедных семьях, в бедных районах, родители в криминалитете были замешаны, но еще и – он так и пишет – что не только обделенные талантом, но даже и ленивые – вот одни трудолюбивые, а другие ленивые… Но мы же не виноваты, что они родились ленивыми. Вот устроить общество надо так, чтобы для них была наибольшая польза, то есть им надо давать побольше, чтобы уравнять всех на выходе. То есть талантливый должен отстегивать бездарному. И государство через свои институты, обкладывая различными налогами, должно у него деньги забирать, которые он заработал, а ленивому, неродящему, отсталому, глупому – давать.

Вот это вот конец всему. Потому что Ролс вводит там удивительные совершенно допущения, которые не выдерживают никакого психологического анализа, которые совершенно умозрительная конструкция. Но она так вовремя пришлась в 1971 году, что до сих пор это самый, понимаете, серьезный философ последних 35-40 лет. Вот этот принцип: у сильных, умных, богатых отбери, а слабым отдай даже в том случае, если они ленивы, нерадивы, имеют криминальные наклонности, но, тем не менее они же не виноваты, что они такими родились. Это же несправедливо, что их природа обделила. Вот им надо дать.

Это продолжается тем, что принято называть позитивной дискриминацией. Позитивная дискриминация она совершенно проистекает из теории справедливости Ролса и вводить ее начали в США. Даже, понимаете, суперлиберальная Европа с ее более высокими и всеохватными социальными гарантиями, она уже от Америки отстает. Потому что сначала нужно все додать всячески ущемленным и обойденным меньшинствам. То есть все расовые меньшинства, национальные, религиозные, сексуальные, а также инвалиды, а также женщины – вот они должны всё получать в первую очередь. Поэтому, если мы более умного, способного, образованного белого мужчину христианина не примем, а более глупого и менее образованного, но принадлежащего к какому-то из этих меньшинств, примем на работу, скажем, то мы поступим справедливо. Потому что это будет… ну, несправедливость частная, зато справедливость будет общая. И говорят уже, что мы должны так пришибить это большинство, чтобы оно никогда даже не смело говорить о себе, что оно большинство; что меньшинства – вперед.

Надо сказать, что и в Германии, в Англии и даже в Швеции по конституции какая-то бы то ни было дискриминация категорически запрещена: по полу, по расе, по чему угодно. То есть равные возможности дают равные награды, равные. Вот что человек предъявил, в зависимости от этого, он принимается на учебу, на работу, получает зарплату и так далее.

Так что здесь, понимаете, Европа теоретически вроде бы права. Практически дело обстоит, к сожалению, близко к тому же, что и в Америке. Но что означает такой подход? Он означает, в принципе, социальную энтропию, некую социальную выравниваемость. То есть умных, сильных, способных мы насколько опустим и по части доходов и по части занятия постов, и по части… А более глупых, более слабых, более бездарных мы приподнимем и по части доходов, и по части карьеры. Это и называется социальная энтропия. Всё это в результате ведет к социальной деградации. Хотя говорить сейчас об этом не очень принято, потому что людям в течение 40 лет вбивали в мозги, что именно это и есть справедливость, и что иначе никак нельзя.

Вот происходит такая отрицательная селекция, к сожалению, а эта отрицательная селекция до добра никогда не доводит. Слабым, обделенным, безусловно, нужно помочь. Но когда собираются слабых – а в их число входит принципиальные бездельники и тунеядцы, и это они подачей своих голосов решают, сколько процентов в свою пользу они будут отбирать у талантливых, трудолюбивых, умных и сильных – так дело не пойдет. Это, знаете, те, кто зарабатывает, должны решать промеж собой, сколько они отстегнут на жизнь слабым, ну так, по-человечески, по-божески, по-христиански и вообще. Но не те будут решать, что отбирать. Так что, вы знаете, это всё до добра не доводит. Это мне напоминает высказывания нескольких российских критиков 90-х, уже «нулевых» годов, простите, я не буду называть по фамилиям, но люди говорили буквально, что вот мне нравится щелкнуть по голове пальцем того, кто слишком хорошо живет, и приподнять того, кто плохо живет, чтобы те, которые очень талантливые, яркие – может быть, так оно и есть – но чтобы они были потише, поскромнее, а вот те, которым как-то не повезло, они бы были повыше, получше. То есть их не интересовала литературная истина, они проповедовали энтропию на уровне литературных оценок, мнений и раздачи пряников и слонов. Это та же самая теория справедливости по Ролсу, понимаете. Так оно примерно и устроено.

http://echo.msk.ru/programs/just_think/1815384-echo/