Владислав Вишнепольский
+7-910-390-07-06
Валерий Куликов
+7-930-806-41-56
sem1503@mail.ru
Виктор Лысов
+7-910-139-21-42
vic.lysoff2010@yandex.ru

Правда ли, что на Руси более тысячи лет была единоличная тоталитарная власть?

Правда ли, что на Руси более тысячи лет была единоличная тоталитарная власть?

Я вслед за нашими учеными долгую часть своей жизни повторял эту фразу: «Не было, и все тут! В этом одна из причин того, что и сейчас, как нам привычно, возвращаемся в объятия нового вождя, которого избирать даже и не надо, провозгласим и хватит. Ведь мы покорно 29 лет голосовали за Сталина, что он только с нами не делал, но мы с восторгом за него голосовали. 18 лет голосовали за Брежнева. Сегодня собираемся лет 20-30 голосовать за Путина. А за кого больше? Больше не за кого. Один он у нас из 140 миллионов, только он один и может: «Ты, я, он, она, вместе целая страда». Но нет такого ещё у нас. Не-е-е-ту! Как повезло великому российскому народу, что, перебрав 140000000, мы все же одного нашли.  Тяжелая была работа, но  нашли. И теперь спасены!

Но вот смолоду у меня закрутились в голове некие сомнения. Государство на Руси организовал варяг Рюрик. Но ведь у него на родине, в Швеции-Норвегии, государства еще не было. Откуда взял он эту идею? И почему он начал творить государство у нас, а не у себя на родине?

Летописи? Но ведь летописи писались по приказу очередного или внеочередного князя. И писали по его желанию, как ему надо было. Вот, например, при Сталине толковали Грозного, то так, то эдак. Да и прозвище у него при жизни было не «Грозный», а «Ужасный». Это Екатерина Великая слегка смягчила его прозвище. Некоторые критики официальной истории пишут: с чего бы это до Екатерины о летописях никто не вспоминал, а при ней, немке-матушке,  вдруг во всех углах находить стали. Не подделки ли это по ее указу? Может быть. Но не надо забывать, что люди многое начинают, когда на это появляется мода. Вот при Анне Ивановне обнаружилось, что царица хохочет, когда кто-то из вельмож падает, и пошли они друг на друга падать для увеселения хозяйки. Даже награды за это получали. А тут вдруг у императрицы – интерес к летописям, и бросились искать. Но не надо забывать, что она была самая образованная из своих предшественниц. Образованная по-европейски и очень любила читать и писать. Как могло быть? Кто-то ей принес на пробу летопись. Она прочитала, сказала: «Ой, как интересно, а еще есть?». И полезли во все монастыри и книжные хранилища искать в угоду матушке-императрице летописи. Пришла мода.

Я несколько пространно хотел привести читателей к грустной мысли: летописи не являются правдивым источником знаний об истории Древней Руси. Однако же других источников русского происхождения нет. Правда есть кое-какие источники скандинавского, арабского, западноевропейского, готского, византийского происхождения. Сравнивая разные источники, иногда удается нащупать истину. Продолжим о сомнениях моей молодости.

Итак, в основе русского государства стоит династия рюриковичей.  А кто такие все-таки Гостомысл Новгородский и Вадим Храбрый? Наконец, кто же такой древлянский князь Мал? Уж точно не варяг. И дочь его, Малуша, опять же не Хельга, жена Рюрика. И сын его, богатырь Добрыня. Мал, будто бы убит по приказу Ольги, а его дети – рабы в «администрации» Ольги. Но Малуша – ключница, то есть «менеджер» по хозяйству. Под ней все богатство Ольги, надо думать, и деньги. Добрыня – конюший. То есть все кони под его надзором. А главное оружие, главный вид вооружения – это конная дружина княгини. Навряд ли в наши времена начальником всех бронетанковых войск мог быть некий старший сержант. Это был маршал. Вот кем в «генштабе» войск Ольги был «богатырь» Добрыня. А когда Святослав уезжал на свою последнюю войну, то старшему сыну Ярополку он оставил Киев, второго сына Олега отправил править древлянами, а вот Великий Новгород попросил себе мальчика Владимира, будущего крестителя Руси. Именно этого юношу немного позже назвала «робичечем», т. е. сыном «рабыни» Малуши полоцкая княжна Рогнеда. А «дядькой» – опекуном в Новгород поехал «раб» Добрыня. Высоко поднялся раб – фактический  правитель первой столицы Древней Руси. А скромная ключница Малуша стала матерью Владимира-Красного Солнышка. Вам не кажется, что-то здесь не так? Слишком высоко занесла судьба двух «рабов». А есть и другая версия. Да, Мал потерпел поражение, но не был убит. Археологи не находят в соответствующих культурных слоях Искоростеня следов великого всеобщего пожара города, якобы подожжённого птичками с паклей.

Дети Мала заняли очень высокое положение в Древнерусском государстве. А остальное – сказка. И уж эти-то дети были чистокровными древлянами, а не варягами. Малуша стала законной женой Святослава, мудрая Ольга решила совершить династический брак между варягом Святославом и древлянкой Малушей, чтобы не просто силой но и родственными узами соединить рюриковичей с древлянами. Так что славяне непосредственно участвовали в создании Древнерусского государства. Кстати, если Киев крестил Владимир, то Новгород крестил его воспитатель Добрыня. Древляне активно участвовали в крещении Руси. И опять же хочется помянуть, что потомки Добрыни не раз становились в Новгороде посадниками.

Есть еще какие-то глухие упоминания. В одной из них говорится, что авары в VI веке захватили в плен славянского вождя Божа и 80 его бояр. Всех казнили. Что это такое?! Не знаю.

Археологи изучали построенные в конце I тысячелетия до н.э. – в начале I тысячелетия н.э. на сотни километров валы южнее Киева. Их называют «Змиевы валы». Должна была быть какая-то сильная власть, чтобы понудить тысячи людей построить эти валы для защиты земледельческих пространств от кочевников степей. Ведь всё вручную. Что это была за власть? Какой народ эти валы строил? Сарматы? Скифы-земледельцы? От кого защищались? Между прочим, некоторые археологи считают, что первые поселения на земле современного Киева имеют возраст около 1500 лет. А это где-то 5-й век нашей эры. А не там ли жил полумифический Бож? Можно предположить, что в V веке новой эры уже были протогосударственные объединения прото-славян. Тюрки-болгары смешались со славянами и создали первое болгарское царство в 681 году. На 181 год раньше Рюрика на озере Ильмень. Не может ли так быть, что рюриковские летописцы умолчали о существовании на Волхове и Неве государства чисто славянского? В первой половине VII века на территории современной Чехии возникло западнославянское государство Само, а с начала VII века возникла Великоморавская держава. А словене-ильменские всё  ждали  явления Рюрика? Почему? По-моему, восточные славяне вполне могли иметь свои государственные образования уже в VI веке в районах Карпат, Киева и Новгорода. Но летописцы рюриковичей все летописи тех времён уничтожили. Надо было всё приписать скандинавам. Это разумеется, не более, чем мои личные предположения. Мы с вами свидетели подобного толкования истории Путиным.

Но если это близко к истине, то первое славянское протогосударственное образование очень близко к устройству индейских сообществ, которые были исследованы и описаны Морганом. Труды последнего были использованы Энгельсом в одной из его работ: «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Из трудов названных ученых и других видно, что в первобытных племенах система управления была простой. Вождями становились старейшие, это был не только возраст: критерием служило то, что вождь был самый умный, смелый, ловкий воин. Но всё равно решал не он один. Решало собрание всех взрослых воинов. У славян это называлась «вече», что-то вроде «говорильня», совет для разговора (от славянского ветъ — совет). Вече возникло с очень давних времен. И очень долго сохраняло свою роль в обществе. Это была власть исполнительная, законодательная, судебная. Всё сразу. Выделялись только жрецы и вожди. Но высшим судьёй было вече.

Так как город для лучшего управления делился на пять концов, а все подчинившиеся Новгороду земли от Финского залива до Урала и немного за Уралом, делились на пять «пятин». Представители городских концов («кончанские старосты») и земельных пятин тоже участвовали в вече, здесь участвовали и представители, «пригородков» Новгорода: Луги, Пскова, Торжка  и др. Решения веча были обязательны для всего города, пригородков (Пскова и др.) и пятин. Решались все вопросы криком. Кто больше кричал, того мнение и побеждало. Составлялось решение, его записывали и хранили в архиве епископа в церкви. Текст писал степенной дьяк (что-то вроде секретаря собрания). Вече избирало Степенного Посадника – правителя города, Тысяцкого – организатора и предводителя городского ополчения, епископа (позже – архиепископа) – главу церкви. На каждом из пяти городских концов было своё кончанское вече, избиравшее кончанского старосту, затем шли уличанские веча, избиравшие уличных старост. Но решения Веча Господина Великого Новгорода нижестоящие веча отменить не могли. Вече заключало договор с приглашением очередного князя, и это было особенной процедурой. Претендент должен был дать клятву соблюдать условия грамот Ярослава. Не князь объявлял о том, что он хочет быть новгородским князем. Это вече приглашало к себе князя. А если он сам просился, то вече удовлетворяло его просьбу или нет.

Князь обязан был жить в особом укреплении за границами города. Руководители города обговаривали с ним условия содержания. Сколько воинов будет в его дружине, сколько лошадей. Сколько и чего будет город выдавать ему и его дружине на пропитание. Князь обязывался не иметь в своей собственности земель новгородских, не назначать своих людей на новгородский должности. Он должен был участвовать в решении судебных дел, но только вместе с посадником. Он не имел права привлекать новгородцев к себе в дружину, объявлять войну, заключать мир. «А коли будет Новугороду размирье с немцами, или с Литвою, или иной землею, пособляти ти, княже, по Новегороде без хитрости, а без новгородского ти слова, княже, войны не замышляти». В 1266 году Ярослав хотел идти войной на Псков, «новгородцы же возбранивши ему» и князь «отослал полки назад». А если князь не устраивал новгородцев, то вече говорило ему: «Ворота открыты, князь». Что означало, «иди куда хочешь». Рекорд побил Александр Невский, перед ним ворота отворяли трижды. Как сообщает историк Буровский, с 1095 года по 1304 год князей сменили 58 раз. В среднем князь княжил в Новгороде 3 года 6 месяцев.

Каждый житель Новгорода, если считал необходимым, мог подойти и ударить в вечевой колокол, люди сбегались. Если они считали созыв правильным, начинало вече работать. А если уж нет, плохо было звонившему. Вече могло привлечь к ответственности любое должностное лицо, и любой чиновник, вплоть до посадника, обязан был ответить на обвинения. А если вече разозлится, то могли в гневе и спустить с моста вниз головой в Волхов. И так бывало. Может поэтому Новгород был чище, чем средневековые города Западной Европы.

Хочу привести один эпизод из той же книги Буровского «Новгородская альтернатива». В 1095 году Новгород пригласил в князи себе Мстислава, сына Владимира Мономаха. Через несколько лет Великий князь киевский Святополк II договаривается с Мономахом о том, что Мстислав перейдет в другое княжество, а в Новгороде сядет сын Святополка. Представители Новгородского веча в 1102 году приехали в Киев и заявили Великому князю: «Вот, князь, мы присланы к тебе, и вот что нам велено сказать: не хотим Святополка, ни сына его; если у сына твоего две головы, то пошли его в Новгород». Святополк их не переспорил.

В начале второго тысячелетия н.э. потомки Владимира Святого боролись между собой за место Великого князя Киевского. Ярославу Новгород дал своё ополчение, которое и обеспечило ему победу. В благодарность за помощь Ярослав, прозванный Мудрым, удовлетворил просьбу Великого Новгорода. Ярослав предлагал разные вознаграждения, но первая столица Древней Руси попросила вольности и соответственные грамоты от Ярослава получила в 1017 году. В 1477 году войска Ивана III Московского взяли и до предела разорили Великий Новгород, в том числе уничтожили грамоты Ярослава Мудрого, не оставив от них ни следа. Московские князья ненавидели политическую вольность в принципе. В Москве никогда не было веча. Во времена Ольги стали на пустом месте строить погосты – пункты, в которые окрестное население свозило дань для князя. А уж сидевший на погосте боярин, что-то и себе оставлял для обустройства погоста. Сдается мне, что Москва так и возникла. И боярин Кучка был тем самым уполномоченным собирателем дани с покорённых угро-финнов (мордва, марийцы). Кстати, у хорватов дом называется «куча». Быть может, «кучка» и означала маленький домик. К временам Юрия Долгорукого на погосте уже было строение, пригодное для временного проживания князя, да еще и гостя княжеского, не под дождем же сидеть князьям. Будучи служебным поселением, оно изначально не могло иметь веча. Когда же умер Святой Александр Невский, старшие его сыновья быстро-быстро поделили земли между собой и уже после дележа вспомнили, что есть еще младшенький – 10-летний Данилка. И от щедрот душевных дали ему бывший погост, чтоб на хлеб хватило, не голодал. Князя в Москве отродясь не бывало, а маленькие сельскохозяйственные селения уже были в округе, как-то кормили боярина, прокормят и маленького князя. А мальчик оказался хозяйственным и стал себе владения прикупать. Вовремя помер бездетный дядя и завещал именно ему своё небольшое княжество Переяславское. Тут уже появились вроде бы серьёзные деньги. Построил новый монастырь, названный позднее Даниловским.

Уже начиная с Даниила проявились будущие семейные черты московских князей. Святой Александр Невский первым понял, что драться с Золотой Ордой бесполезно, надо как-то ладить. Тверские князья жили рыцарскими идеями – надо воевать до последнего, «мужик я или не мужик». И один за другим оставляли свои головы в Золотой Орде, а Тверь подвергалась разорению войсками татар и… Москвы, которые действовали против Твери совместно. Политика Александра Невского была воспринята именно московской ветвью рюриковичей. Это и дало впоследствии возможность именно Москве, а не Твери стать центром объединения земель будущей центральной России, когда ослабела и начала распадаться Орда. И не ставили первые московские князья перед собой далекой цели – создания Великой России. Целью было прихватить всё, что плохо лежит и стать богаче и сильнее. А великая цель появилась тогда, когда появилась возможность подчинить себе всех.

Эти же цели ставили перед собой Швеция, мечтавшая захватить Новгород и все его земли, Великое Княжество Литовское и Русское, проглатывавшее было одно за другим западные русские княжества на территории нынешней Белоруссии. И, наконец, немецкие рыцарские ордена, стремившиеся захватить Великий  Новгород и Псков. Польша не отказалась бы получить земли Киева и Галицко-Волынского княжества. Каждый хотел кого-нибудь съесть.

Почему же Великий князь, кому подчинялись земли многих княжеств, не решился силой заставить Великий Новгород подчиниться его княжеской воле? Да потому, что силен был Новгород. По оценке некоторых историков в пору расцвета в городе было до 400 000 жителей. Город был велик своими доходами от торговли, от ремесла, от дани, собираемой с его колоний-пятин. Силён он был своим ополчением. В ополчении была не только пехота, но и кавалерия. Новгород развивался, как все европейские крупные города, скажем, в Италии. И очень напоминал греческие города-государства времён расцвета Афин. Как в экономике, так и в политике.

Как рассказывает Буровский, с 1142 по 1446 годы, а это 304 года, Господин Великий Новгород воевал 26 раз со Швецией, 5 – с Норвегией, 14 – с Литвой, 11 – с Ливонским орденом, с Москвой 24 раза. Дружина Александра Невского состояла из 2-3 тысяч конных, армия самого Новгорода имела 15-17 тысяч воинов. Вдумайтесь в эти цифры. Да, Александр был стратег и воин, но кто победил, князь или новгородское ополчение, вооруженное длинными копьями и топорами на длинных ручках? Топор этот был не менее грознен, чем меч. Между прочим, пехота тоже была в латах, немного полегче, чем у конников. Города в Европе учились побеждать рыцарей. В 1302 году города Фландрии, захваченные было Испанией, восстали и перебили всех королевских наместников с армией рыцарей короля в 10-12 тысяч воинов, из которых 7500 были опоясанные рыцари, одетые вместе с лошадьми в стальные латы. Королевская армия всем ещё казалась непобедимой. Города выставляли армию пехоты в 13-20 тысяч воинов с топорами и копьями. Армией рыцарей командовал родственник короля граф д`Артуа, армией горожан командовал башмачник (по-нашему – сапожник) В. Жилье. Земля дрожала под копытами тяжело вооруженных коней. Все думали, что остановить эту волну железа никто не сможет. Но сапожник и его воины думали иначе. Армия сапожника остановила армию графа и заставила рыцарей повернуть и в ужасе ускакать от плебеев. Но и это не удалось, рыцарей догоняли и убивали. 4000 рыцарских трупов устлали поле боя. Победители собрали 700 пар золотых шпор. В историю войн битва под стенами города Куртре получила название «битва шпор». Победители прибили золотые шпоры к воротам города Куртре. Задумайтесь еще раз, кто именно победил в битве на льду Чудского озера? Для меня, убежденного демократа, нет сомнений – новгородское ополчение. В истории моей страны России – Новгород и его зеркальное отражение – Псков, это моя любовь, моё восхищение. Увы, победила Москва, а то быть бы нам передовой страной Европы уже в средние века. Новгород был ничем не хуже Лондона, Парижа, Флоренции, Венеции. Торгуя с городами, входящими в Ганзейский союз, новгородцы перенимали для себя ганзейские обычаи и нормы жизни и управления. Они были грамотными. На бересте писали друг другу письма, договора. Болотистая почва сохранила для нас с вами письма, документы, написанные сотни лет тому назад. Даже ученические работы и записи мальчика Онфима.

Разумеется, демократия в Великом Новгороде не была современной, представительской демократией. Имущественное неравенство оказывало большое влияние на распределение должностей в государстве. По некоторым сведениям существовала небольшая группа «золотых поясов», числом то ли 300, то ли 500 человек. Следует полагать, что всё же именно из этого слоя выдвигались люди на высокие должности. Существовала ещё одна группа членов совещания при архиепископе, назывались они «госпОда». Да и участвовать в вече могли только собственники своих домов, что сразу отсекало бедноту. Так ведь было и у Солона в Афинах за 1500 лет до Новгорода.

Есть ещё одна особенность народа Великого Новгорода. Этот народ называл себя свободным, и вел себя свободно. Напомню, любой гражданин мог подойти и, если считал это оправданным, ударял в вечевой колокол. И вече сбегалось на площадь, и обсуждали вопросы, выдвинутые инициатором созыва веча. Но плохо было, если инициатор звонил по пустяку. За это наказывали. Но каждый гражданин знал, что он имеет право созвать вече. И герои былин были свои.

Герои киевского цикла, которые, между прочим, сохранились почему-то только на Севере, это всегда сильные воины, защищающие свою землю. А вот в Новгороде герои былин Садко и Василий Буслаев. Первый знаменитый гусляр, песенник, плясун и купец. Второй вообще – «профессиональный» хулиган, но щедрый, смелый и предприимчивый. И оба – частично скоморохи, готовые позабавить хоть новгородскую публику, хоть царя морского. Почему я хочу обратить ваше внимание именно на эту сторону новгородской культуры. Вообще говоря, христианское священство резко осуждало скоморохов – уличных клоунов и актеров, русского Петрушку. Вообще идеал христианина – это человек никогда не бывавший в физической близости с человеком другого пола, нарушившего, между прочим, посыл Бога-отца: «Плодитесь и размножайтесь». Человек, отдавший свою жизнь молитвам к Господу, раздумьям о том, как прожить жизнь не нарушая ни одного завета Христа. С моей точки зрения – это означает прожить жизнь вне жизни. В большинстве земель скоморохов церковь совместно с властью съели, а в Господине Великом Новгороде оставили, не перевели, и даже в былины свои включили. Веселый был народ.

Вспоминается высказывание великого французского просветителя Шарля Луи Монтескье (1689-1755 г.г.): «Мягкость управления удивительно способствует размножению человеческого рода. Все республики являются постоянным доказательством этого, особенно Швейцария и Голландия – две самые плохие страны в Европе с точки зрения почвы, и тем не менее населённые».

«Люди – как растения, которые плохо растут, если за ними нет хорошего ухода».

Новгород доказывал универсальность этих положений знаменитого философа. Земля новгородская была болотистая. Единственно уязвимой стороной его экономики была необходимость завозить зерно из более южных земель. Но город процветал. В нем проживало более 400 000 жителей. Для средних веков это был большой город. Ремесло и торговля кормили его, свою продукцию он менял на зерно. Не гунны, не половцы, не татары, лишь московские князья разорили эту замечательную республику.

Я долго искал в новых и старых книгах по истории, искал упоминаний о вече в других древнерусских землях. Кое-что нашел. Когда внук Владимира I Изяслав отказался выдать оружие для защиты Киева от половцев, киевляне на вече изгнали его из города, освободили из тюрьмы полоцкого князя и провозгласили его князем киевским. Упоминается у Георгия Вернадского вече в Чернигове. Поминают вече в малых уделах по течению Оки. Нельзя забывать, что князья, редактируя летописи, старались убрать из них память о вече, как инструменте власти.

Интересную мысль высказал Ключевский. Первые рюриковичи установили необычную систему наследования престола. После смерти великого князя престол наследовал не старший сын умершего, а следующий по возрасту его брат.  Пока все братья посидят на престоле «великого» только тогда на престол воздвигнется старший из оставшихся сыновей того, кто первым сидел на престоле «великого». А что делали более молодые сыновья? А они все сидели на престолах других княжеств. Но они взбирались на престол по возрасту своему и по богатству доходов, собираемых с населения этого княжества. Если старший брат сел в Киеве, то следующий за ним должен княжить в Новгороде, третий брат, скажем, в Тьмутаракани, а четвертый в Твери и т.д. Итак, было понятно, что очередной князь пришёл не навсегда, а вот народное вече есть всегда. Так чья власть крепче? Поэтому и существовало некое двоевластие. Надо ещё принять во внимание, что братья имели наследственную привычку после смерти отца убивать друг друга. После смерти «Святого» кто-то из братьев убил младших – Бориса и Глеба. Потом Мстислав Владимирович княжил в Тьмутаракани, после стал князем Черниговским. Наконец, Ярослав Мудрый с Мстиславом Храбрым разделили Киевскую Русь пополам. Одна удача – Мстислав не имел детей и вся Русь оказалась в руках Ярослава. А вот Мстислав Мстиславович Удалой перемещался по разным княжествам. Он правил в Триполье, Торжке, Галиче и других. Такая чехарда не давала князям сильно укрепиться, а вече сохраняло свое влияние. Тем более, когда пошли правнуки и праправнуки. Пока Владимир Мономах не выдвинул свой принцип: «Где сидишь – там и сиди».

Но кроме князя и веча на Руси сохранялись и другие традиции. Новгород в торговле тесно сотрудничал с союзом европейских торговых городов Ганзой. Ганза держала в Новгороде свое представительство и была построена католическая церковь, а Новгород строил в городах Ганзы церкви православные, чтобы русским купцам было где молиться.

Наконец, ещё одно явление – в городах Европы началось освобождение городов из-под власти феодалов. Города разработали свои принципы городской власти. Эти правила получили название «Магдебургское право». Были закреплены права и свободы горожан, их самоуправление. В городах власть принадлежала избранным горожанам магистратам. Для работы магистратов строились специальные здания – ратуши. Города освобождались от власти государственных чиновников и сами определяли нормы порядка в городе. Со всеми этими городами в ходе установления взаимных норм торговли имел дела и набирался опыта русский Новгород, и, кстати, русский Псков тоже.

Сейчас нам с вами волей-неволей придётся вспомнить, не только лишь Москва старалась захватить русские земли разделённые на большое число самостоятельных княжеств после нашествия татаро-монголов, и развала Древней Руси на большое число больших и мелких самостоятельных княжеств. Мечтала об этом Тверь. Галицко-Волынское княжество поджимало с юга. Польша постепенно заглатывала земли былого Киевского княжества. Маленькая Литва сперва объединила литовские и жемайтские земли, а затем стала продвигаться на юго-восток. Центром объединения стал Тракай, потом город Вильно. Первоначально в этих землях распространялось православие. Потом из соседних Польши и земель Немецкого ордена проникало католичество. Но княжество стало называться «Великим княжеством Литовским и Русским». Русский язык получил статус государственного, а православие – основной религией. Это привлекало к себе жителей земель русских на территории нынешней Белоруссии. Город Вильно стал столицей Великого княжества. Русские православные чувствовали себя на территории Великого княжества Литовского и Русского как у себя дома. Объединённое войско княжества и Польши в 1410 году 15 июля разгромило армию Тевтонского ордена. В советских учебниках всегда подчеркивалась роль героических русских смоленских полков в Грюнвальдской битве. Но забывали о том, что Смоленское княжество в 1404 году вошло в состав Великого княжества Литовского и Русского. Выходит, это уже были объединенные войска Литвы.

Но не это главное. Главное то, что Великий Новгород, Псков, Литовское княжество существовали и развивались по общеевропейским обычаям и нормам. В числе первых в ВКЛ Магдебургское право получили города: Вильно (с 1387 г.),  Брест (1390 г.), Гродно (1391 г.), Слуцк (1441 г.), Высокое (1494 г.), Полоцк (1498 г.), Минск (1499 г.), Браслав (1500 г.), Новогрудок (1511 г.), Пинск (1581 г.). Кроме перечисленных ещё более 50 городов обрели это право. Все крупные города на территории современной Белоруссии имели Магдебургское право, по законам которого жило около трёх четвертей всего населения ВКЛ (по данным Михаила Голденкова в книге «Русь. Другая история».) И дальше я осмелюсь продолжить цитирование этой книги: «С введением Магдебургского права отменялись деятельность местного права и власть Государственной бюрократии, того, чего в Москве нет и поныне! В Кремле даже при так называемой партийной системе управления государством во времена СССР сохранялась типично царская манера управления – всё решало мнение Генерального секретаря, по сути – монарха».

Типичными атрибутами городов, владевших Магдебургским правом, являлись выборные магистратуры и трибунал (суд), ратуша (дом правительства), свободы и привилегии, которые в современном понимании и являются атрибутами демократии.

Нынешняя белорусская столица Минск получила Магдебургское право 14 марта 1499 г. Великому князю Литовскому и Русскому Рюриковичу Александру Казимировичу (1461-1506). Городом управлял магистрат во главе с войтом. Избранные в магистрат 12 радцев (советников) назначали на годичный срок двух бургомистров – исполнительную власть. Как в Риме – двух консулов. ВКЛ, оно же Белоруссия, по сути было типичным европейским государством, как Швеция, Чехия, Голландия или Польша. Напомню, или как Великий Новгород и Псков.

Новгород уничтожили московские правители. А кто уничтожил демократию в бывшем ВКЛ? Русские цари, преемники московских учеников Золотой Орды. Начала Великая Екатерина, закончил её внук Николай I Палкин. Екатерина, как только получила свою долю после разделов Польши, сразу запретила Магдебургское право. Её внук велел разрушить здания бывших ратуш, чтобы они не напоминали времена, которые никогда не должны вернуться. Сегодня, как мне кажется, их дела продолжает господин Лукашенко.

Смешно и грустно, но сегодня методы управления, заимствованные у Золотой Орды, называют русской исконной традицией.

Теперь, вместе с вами, уважаемые читатели, я хочу вернуться к другим сомнениям моей молодости. Я задавался вопросами: «Почему русскую печь называют русской? Почему русские в центральной России и на севере светловолосые, а их украинские предки – темноволосые? Откуда взялась русская изба, если поляне и славяне, пришедшие, видимо, с Карпат, таких изб не строили? На Украине основные дома это хаты-мазанки, а вовсе не рубленные избы, да и где в степях было взяться бревнам?

В Новгород, Старую Русу, Суздаль, Ростов Великий, Москву славяне пришли из более теплых мест, где им хватало хат, плетённых из прутьев камыша, обмазанных изнутри и снаружи глиной, а придя на север славяне-русы стали строить срубные избы. Откуда они их взяли? Кто их научил строить избы, да ещё и курные? Печи, которые теперь называют русскими? И даже некоторые утверждают, что избы и печи угрофинны переняли у славян. Автохтоны, постоянные жители заимствовали избы и печи у пришельцев из более теплых земель!?

Я уже говорил о сомнительности русских летописей как первоисточников. Но когда первоначальная летопись сообщает сведения политически не выгодные для власти, то им, возможно, стоит и поверить. О чем я? Да о сообщении изначальной летописи о том, что Рюрика пригласили все народы, жившие в районе Великого Новгорода: славяне, чудь, вепсы, водь, ижора, карелы.  Посылая делегацию, они считали всех неким политическим целым. А в книге Дмитрия Зеленина «Восточные славяне. Кто они?» встречаем утверждение: «У нас пока нет никаких оснований считать, что в образовании русского народа финоязычные элементы играли значительную роль». У вас «нет оснований…», а у нас они есть. Когда народ начинал движение на новые территории, то первыми шли, естественно, мужчины. Но вот беда, им очень скоро становились нужны женщины, а в результате рождались метисы. Появление метисов по мнению Зеленина играет незначительную роль в формировании этноса. Забавно! Как-то меня занесло в Красно-Чикойский район Читинской области, населённый потомками Забайкальского казачества. Пригласил меня товарищ, Сутурин Саша. Всё население района считало себя русскими и православными. Но по внешнему виду – очень смуглая кожа, слегка кривоватые ноги, чуть раскосые глаза, они мало отличались от окрестных бурят. Естественно, царь-батюшка послал в 1851 году полк или дивизию русских солдат в Забайкалье и повелел быть казаками. Приехали, расселились. Но где жен брать? Да из буряток. Вот и появились метисы. По языку, обычаям, религии – русские, а по внешнему виду скорее буряты. Так происходило во многих подобных ситуациях. На Дальнем Востоке местные малые народы мы, русские, споили. У многих из них нет детей. Но если браки смешанные с русскоговорящими, то детей много. Учатся метисы обычно хорошо, а девушки получаются необыкновенной нежной красоты. Надо бы ещё вспомнить, что по современным представлениям homo sapiens получился после того, как породнились, смешались генами четыре группы предков, в том числе только теперь открытая группа денисовцев. Хотелось бы понять, почему по мнению некоторых генетическое смешение «особого значения» не имеет.

Когда на Восточно-Европейской равнине появились вятичи, кривичи, поляне, дулебы, волыняне и так далее, вся равнина была уже занята угро-финскими народами: мордвой, мещерой, мерей, а также булгарами, чувашами и рядом других. Наверняка смешение происходило. В последние десятилетия в историю вклинилась генетика. В первое десятилетие третьего тысячелетия нашей эры по инициативе ООН-ВОЗ и на её деньги во всех почти странах мира изучены геномы народов. В России получилось, что население Московии ближе всего к угро-финам, а именно к мордве. Преобладает русский геном у населения новгородских, псковских и белорусских земель. Украинцы имеют значительный процент генома тюркских народов. Да и подумайте сами. Вот при Владимире Святом сложилась огромная Киевская Русь. Но южнее Киева сменяли друг друга степные народы. Владимир Святой пригласил-нанял для охраны юга Руси племена чёрных клобуков и торков, народов тюркской группы. Еще были печенеги, а уже потом половцы. Киевские князья, наверно их бояре тоже, любили «красных девок половецких», женились на них, кто же появлялся? Правильно, метисы. Интересно, что русский этнос сохранялся, хотя и принимал в себя тюркские гены. И вот опять к нам едут узбеки, опять тюрки, и ещё персы.

На сегодняшний день в результате всемирных и генетических исследований в 2006 году оказалось, что в генофонде жителей центральной (вокруг Москвы) России славянских генов не оказалось, жители Украины имеют довольно значительный процент тюркских генов, а ближе всех к славянам жители области Великого Новгорода, Пскова и Белоруссии. У жителей Московской Руси преобладает угро-финский геном, ближе всего к нам мордва. Это хорошо или плохо? Да не так и не этак. Просто факт. Утешьтесь тем, что из мордвы выходит очень много профессуры. Но в результате смешения явился этнос, считающий себя русскими, даже великороссами и так называемый соседними народами. А вот западная часть Украины называет нас «москалями». Это оскорбление? В общем-то нет. Центром стала Москва. Именно вокруг Москвы возник великорусский этнос. Какой он? Такой, какой есть.

Но вот почему мы такие терпеливые? За что после войны Сталин похвалил наш народ? За терпение. И сказал, что другой народ не стал бы в этих условиях терпеть наше правительство. Мы гибли а боях, исполняли далеко не умнейшие приказы Сталина, целые армии попадали в окружение и гибли, выполняя приказы Сталина. Мы тихо умирали от голода в квартирах и на улицах Ленинграда. Мы гибли в немецких концлагерях только потому, что Сталин отказался подписать женевскую конвенцию об обращении с военнопленными, а Германия подписала. Поэтому по отношению к пленным из европейских стран Германия соблюдала конвенцию, а пленных из Советского Союза как хотели, так и содержали. Нас, победителей, оказавшихся в плену у немцев, освободили, поблагодарили, погрузили в вагоны и, перевезя через границу, прямым ходом отправили в лагеря на Колыму. Раз были в плену, значит, – предатели, враги народа. После войны мы все голодали, но платили налоги и заставляли отдавать деньги на так называемые «Займы». По всей нашей деревне друг другу передавали: один колхозник пришел с войны без ноги. Его заставляли подписаться на заём. Он сказал: «Возьмите мою отрезанную ногу взамен займа». И мы всё терпели. Почему? Посмотрите, как украинцы в последние десятилетия меняли власть? Мы двадцать девять лет с восторгом голосовали за Сталина, что он с нами только не делал. 18 лет голосовали за Брежнева, пока он не умер. Сейчас готовы еще 20 лет голосовать за нового «вождя». Режиссер Говорухин совсем недавно сделал фильм: «Так жить нельзя». А теперь он предлагает уже не голосовать за вождя, а просто толпой его таковым провозгласить. Он не знает, чем такие вещи кончаются?! Старая мудрая мысль: «Власть портит человека, абсолютная власть портит абсолютно». В Афинах иногда в критических ситуациях вручали полную власть одному человеку, его называли тираном. Но давали власть на короткий срок – не более года. После этого он был обязан сложить свои полномочия и отчитаться перед народным собранием за все свои деяния, за все произведенные расходы. Если народ сочтёт, что он в чём-то виновен, его могли подвергнуть остракизму, то есть изгнанию.

Хватит философствовать, наверное надо вернуться к рассмотрению конкретных явлений истории. Итак, мы самый терпеливый народ, а всё же почему мы такие терпеливые к власти? Чем определяются черты народов?
1) Генетикой.
2) Культурными традициями, в том числе политическими традициями.
3) Географическими чертами среды обитания. Климатом.
4) Среди культурных традиций следует выделить религиозные нормы.

По поводу влияния географии и климата думали многие ученые. Приведу примеры. В средине XIX века в нижегородской культурной среде был хорошо известен Александр Дмитриевич Улыбышев. Человек очень необычный, легко и постоянно нарушавший нормы «приличного» поведения. С одной стороны театрал, музыковед, европеец, философ, получивший образование в Дрездене, а с другой, типичный русский помещик, барин. Гостеприимный, принимавший у себя и разночинцев и знать. Позвольте привести цитату из одного его письма: «Мы переехали в Лукино в последних числах марта. Первые три недели апреля провели ужасно скучно, дрожа от холода в комнатах и на дворе. Морозы да морозы и даже теперь, т.е. 3 мая ещё всё морозит! Умилосердись, Господи! Климат наш столь великое всегдашнее зло, такой богатый источник физических и душевных страданий, что это главное бедствие делает нас как-то равнодушнее ко всему прочему. Вот, по-моему, и причина необычайного терпения русского человека. Кто выносит здешний климат, тот снесёт легко и нашу администрацию, и нашу полицию, земскую и городскую, и даже наше правосудие. Дай нам другое солнце, и мы бы мало ли ещё чего захотели. Итак, нет худа без добра».

Через 150 лет после Уыбышева говорит студентка  одном из романов Татьяны Устиновой: «Ужасно не люблю холод, просто какой-то ужас, а не климат! Ну что нам стоило поселиться где-нибудь на Средиземноморье, а не здесь?
– Нам – это кому?
– Ну славянским племенам, кому же ещё! Почему именно здесь, где зима девять месяцев в году?»

Наверное, в этом что-то есть. Так долго терпеть холод – вырабатывается терпение. Прибавьте громадные пространства, в которых можно уйти далеко от власти. Вспомните семью староверов Лыковых. Можно было уйти в дебри тайги на восток. На юг в нижнее течение Дона, в Запорожье и стать казаками, независимыми ни от какой власти. Возродить историческую традицию самоуправления. И все важнейшие решения принимать на казачьем Кругу. Казак по-тюркски – вольный человек.

И вот ещё очень интересное влияние наследственности.

Запомнилось мне одно стихотворение Некрасова. Не вспомню, как оно называлось, но сюжет меня ещё в молодости поразил и запомнился. Помещик по-своему любил своего крепостного слугу, но это не помешало ему однажды очень сильно обидеть любимца. Ему было немного неловко, но успокаивала его одна мысль: это же моя собственность, что хочу, то с ним и сделаю. Но вскоре ему захотелось куда-то поехать. Вызвал слугу и приказал запрячь лошадь в санки и сказал, куда ехать. Какое удовольствие такая езда! Но постепенно забеспокоился, что-то не туда едем. Стал окликать кучера. Тот молчит. Только лошадь нахлестывает. Въехали в лес. Кучер снимает вожжи и идет к деревьям. «О господи!», дрожит барин – «Неужели он меня повесит!?» Кучер завязывает петлю и вешается на глазах у барина. Это его месть! В обычаях мордовских племен был и такой, если тебя обидел сильнейший, ты ночью идешь и вешаешься у него на воротах. По древним преданиям подобный вид мести был еще у кельтов. Напомню, мои читатели, что по генофонду мы ближе всего к мордве.

Итак, я заканчиваю этот раздел об истоках демократии у восточных славян. До 15 века у нас были зародыши демократии, как и в других государствах Европы. Мы шли параллельно с Европой. И только традиции Золотой Орды, позаимствованные правителями Москвы, остановили нас на пути к демократии. Остановили нагло и жёстко. От царя Ивана III до императора Николая I наши правители уничтожали дочиста всякие проявления стремления к воле, свободе. Демократии.

В. Вишнепольский.